На протяжении всей истории Зауральские крестьяне не раз с палками и вилами в руках защищали свои права, не зная Законов, опираясь лишь на свои силы, отстаивали свои территории и имущество.
12 марта 1913 года в Курганском окружном суде слушалось интересное дело, возникшее на почве взимания недоимок по ссудам на прокорм скота. По данным обвинительного акта дело это возникло при следующих обстоятельствах.
В 1911 – 1912 годах крестьяне деревни Лукиной Мало — Чаусовской волости Курганского уезда, в виду постигшего их неурожая, получили для прокорма своего скота ссуды из Мало — Чаусовской волостной ссудо-сберегательной кассы, при чем ссуды эти крестьяне обязались погасить в три срока, начиная с февраля 1913 года. Однако, с наступлением первого срока многие из крестьян названной деревни, от взноса платежей отказались, мотивируя свой отказ тем, что все недоимки, в том числе и полученная ими ссуда, сложены Высочайшим Указом от 21 февраля 1913 года. (21 февраля 1913 года был издан Высочайший Манифест, в честь 300-летия Дома Романовых). Несмотря на неоднократные разъяснения должностными лицами правления Высочайшего Указа, многие крестьяне названной деревни решительно отказались от уплаты, причитавшихся с них недоимок. Поэтому, 12 мая этого же года по Постановлению Мало — Чаусовского волостного правления, была произведена опись их имущества с назначением продажи на 23 июня.
В указанный срок, в виду отсутствия покупателей, которых местные крестьяне запугивали невыдачей описанного имущества, торги не состоялись, и были затем назначены на 31 июля и 12 октября, но, по тем же причинам были вновь отложены и окончательно назначены на 30 октября 1913 года.
К означенному сроку, по просьбе Мало — Чаусовского волостного правления, для оказания содействия на торгах, в деревню Лукину был командирован, по распоряжению Курганского уездного исправника, наряд полиции в лице пристава 5 стана Лорченко, полицейского урядника Свинухова и восьми десятских из окрестных деревень – Патронной, Смолиной и Коробейниковой.
По прибытии названных должностных лиц, совместно с Мало — Чаусовским волостным старшиной Макаровым в деревню Лукину, во двор заступающего должность местного сельского старосты Флора Филиппова явилась многочисленная толпа местных крестьян, численностью около 70 человек и заявила, что они, их описанного в продажу имущества для торгов не выдадут, так как, по их мнению, все недоимки, в том числе и ссуда по волостной кассе, сложены Высочайшим Манифестом. В то же время из толпы выступили два крестьянина – Е.В. Савинов и А.Ф. Никифоров и, побуждая толпу не выдавать своего имущества, с угрозами избить должностных лиц, потребовали от пристава Лорченко и старшины Макарова предъявления им Указа Государя Императора, в котором значилось бы, что долг по волостной кассе подлежит взысканию. Несмотря на усилившееся после этих слов Савинова и Никифорова возбуждение толпы, пристав Лорченко и старшина Макаров приступили к исполнительным действиям по взысканию недоимок и направились во двор крестьянки П.О. Степановой для отобрания у нее описанной для продажи коровы. Войдя во двор, Макаров направился было к пригону, где стояла корова Степановой, но последняя с палкой в руках преградила ему дорогу к пригону, заявив, что коровы своей не отдаст. Тогда полицейские ее отстранили, но лишь только корову выгнали на улицу, как П. Степанова с присоединившимися к ней Никифоровым, Савиновым и третьим местным крестьянином С. Осиповым с криками: «Мы вам сейчас головы разобьем!», бросились к корове и стали ее отгонять. Пристав Лорченко схватил было корову за рога, но С. Осипов оттолкнул его, после чего Никифоров и Савинов вместе со Степановой и Осиповым вогнали корову в толпу, и этими насильственными действиями заставили пристава Лорченко и волостного старшину Макарова прекратить дальнейшее взыскание.
В результате в Курганское полицейское Управление поступило заявление о противоправных действиях крестьян деревни Лукиной и сопротивлении властям. Началось следствие.
На суде обвиняемые крестьяне показали, что они никакого сопротивления властям не оказывали, а лишь просили пристава и старшину отсрочить недоимки. На заседании суда обвиняемых защищали известные в городе адвокаты г. Оржешко и г. Беляев. Оржешко в своей речи отметил, что данное дело возникло в силу темноты народной, благодаря которой, крестьяне ложно истолковали Высочайший Манифест от 21 февраля 1913 года.
Затем он отметил, что сопротивление властям было оказано толпой до 200 человек, и обвиняемые были случайно взяты из этой толпы, и, если уж судить, то нужно судить всю толпу. Д.Ф. Оржешко отметил, что виновность Степановой не установлена, а остальные, если и виновны, то только в оскорбительных отзывах в адрес приставов и полиции, а не в сопротивлении властям. Е.П. Беляев в своей речи поддержал доводы Д.Ф. Оржешко и также просил суд об оправдании обвиняемых. По окончании заседания, суд приговорил: крестьян Е.В. Савинова и А.Ф. Никифорова к двум месяцам тюрьмы, С.К. Осипова – к двухнедельному заключению, П.О. Степанову – оправдать. А недоимки пришлось заплатить.
Вот такая история…
Фото превью: sochistream.ru