Психолог помогла 29-летней Марго безопасно съехать от авторитарной матери | Уральский меридиан

Маргарите было 29 лет, когда она в полной мере осознала, что хочет самостоятельной жизни. Но разговор с мамой все как-то не складывался. Попытки оградить мать от вмешательства в личную жизнь заканчивались тем, что Марго соглашалась с позицией родителя. Сама девушка не хотела конфликта, наоборот, она видела в маме очень сильную женщину, с которой брала пример.

Отца в ее жизни не было, буквально. Мать взяла на себя обязанности обоих родителей и в какой-то мере успешно справилась. Она владеет сетью магазинов одежды, хорошо зарабатывает, но при этом всегда находила время на дочь. Со временем любовь матери эволюционировала в тотальный контроль. Если в подростковом возрасте это удавалось стерпеть, то во взрослой жизни интерес и советы мамы стали помехой.

Первая попытка уйти из-под контроля единственного родителя не увенчалась успехом. Когда Маргарита захотела переехать, мама предложила помочь с жильем и сделала это в своем стиле — купила ей квартиру в том же доме и подъезде, где жила сама. Второй попыткой был брак. В 21 год Маргарита решила выйти замуж и вышла, но убеждения мамы, что это не тот мужчина, который нужен ей, через два года привели к разводу. Конечно, в развале союза мама сыграла не главную роль, но способствовала ему.

Детей в этом браке у пары не появилось, поэтому расставание прошло быстро для всех, кроме Марго, которую это событие вернуло под контроль матери. Свою личную жизнь мама не строила и не собиралась, а, как и прежде, уделяла все внимание дочери. Иногда Маргарите даже было стыдно: девушка видела, как мама ее любит, все делает для беззаботной жизни, ведь несмотря на отсутствие папы в их жизни, Марго никогда не чувствовала себя ребенком из, как это принято формально говорить, неполной семьи.

Напротив, внимания и участия взрослого было предостаточно. На тот момент Марго еще не потеряла себя — желания, мечты, цели — и хотела уйти от мамы, сохранив с ней общение. Девушка уже пробовала много раз это сделать самостоятельно, но не получалось. Она решила обратиться к психологу. Выбор в сторону специалиста помогла сделать литература. До этого она изучила несколько книг по сепарации — отделения от родителей — и пришла к выводу, что может попробовать поискать помощи в кабинете специалиста. Но она и представить не могла, что ждет ее уже на первой консультации.

Мне 30 а я продолжаю жить под контролем мамы Как психолог помог безболезненно уйти из дома

Психолог помогла 29-летней Марго безопасно съехать от авторитарной матери
Фото: Лидия Аникина © ИА «Уральский меридиан»

Начало терапии

На консультацию Марго записалась к Анне Шерстобитовой, ведущему психологу тюменского регионального центра «Семья». Она пришла со словами: «Я хочу оторваться от мамы». Почти весь разговор девушка плакала. Оказалось, подсознательно девушка представляла любимую маму не столь добрым человеком. В последующей работе с Анной Маргарита описала свою мать как жужжащее насекомое.

«Маргарита с болью говорила о том, как ей давно хочется самостоятельно решать: что надеть, кем работать, кого любить, а кого нет. Да, иногда просыпались бунтарские попытки прекратить такие отношения с матерью, но женщина очень умело их подавляла. Марго говорила, что хочет самостоятельности, но признавалась, что сохранить отношения с мамой для нее тоже важно. Только мать в представлении девушки должна была выполнять иные функции: не диктатора, а человека, который поддержит и выслушает. Клиентка признавалась, что чувствует себя совсем беспомощной в решениях, которые по факту касаются личной жизни. Одним из таких примеров было, что мама настояла на увольнении с прежней работы и устройству Марго к ней в качестве управляющего. Маргарите приходилось работать с документами, а в душе она мечтала быть иллюстратором. Это было настоящее насилие над собой», — рассказывает Анна.

Одной из причин, по которой бунтарский дух не позволил Марго в 18 лет хлопнуть дверью и с юношеским максимализмом убежать во взрослую жизнь, было то, что она все-таки росла без отца. Из-за этого Маргарита могла опираться лишь на единственное мнение мамы, которая выбрала авторитарную позицию в отношениях с дочкой. Такие родители не только читают нотации и вразумления, но и считают детей своей собственностью. Поэтому, когда у девушки к совершеннолетию возникло желание поступать в институт в другом городе, мама оказала ей медвежью услугу, сказав: «Дочка, давай ты поступишь в нашем городе, не надо мучаться с жильем, с деньгами, да и вообще это опасно в таком возрасте». Оставив ее возле себя, она прервала очень важный этап в сепарации — не дала попробовать обустроить свою жизнь, исходя из своих представлений и умений. В психологии это называют функциональным отделением, когда человек может сам о себе позаботиться в бытовом плане: найти жилье, заработать на еду и так далее.

Психолог объясняет, что сепарация должна происходить в определенный природой, психикой момент. Для большинства — это как раз период 18–20 лет. Если помешать сепарации на этом этапе становления личности человека, то потом пройти период отделения будет сложнее и больнее. Надо принять, что в 40 лет быть ребенком никак нельзя, да, человек по-прежнему дочь или сын, но не дитя. У сепарации существует такой этап, как битва за признание самостоятельности, когда юноша или девушка нуждается в признании своих успехов, личного мнения, они хотят, чтобы их решения уважали.

«Если тому же 18-летнему человеку постоянно давать деньги, то стимула к их самостоятельному зарабатыванию не останется. А когда родитель продолжает довлеть еще и над решениями дочери или сына, то это приводит к беспомощности. В случае с Маргаритой ей всегда нужен был какой-то человек, который скажет правильно или нет она делает — такой постоянный наставник. С кем дружить, с кем на свидание ходить, что на ужин купить? Все эти вопросы девушка решала с оглядкой на оценку матери, ждала ее одобрения, — вспоминает психолог. — У человека в таких отношениях с родителями очень сильно развивается инфантильность. Остаются детские черты поведения уже во взрослом возрасте».

Например, Марго рассказывала, что мама могла позвонить вечером и отругать ее за то, что в 6 вечера в квартире взрослой дочери не горит свет в окне. Она звонила Маргарите на телефон и говорила: “Почему ты не дома, уже поздно, темно. Давай домой”. Когда тебе 30, все-таки, мягко говоря, это не к месту. Но Марго слушала маму — собиралась и шла домой. Здесь та история, когда биологический возраст не соответствовал психологическому. Чрезмерная гиперопека родителей может привести к тому, что человек в 20 лет оказывается полностью к жизни не приспособленным. Да, родителю это где-то удобно, что ребенок всегда рядом, но могут быть и последствия. Например, в нашей истории, если бы мать захотела построить отношения, то Маргарита могла бы и начать этому препятствовать, она бы расценила это как желание матери ее бросить».

Все эти детали жизни Маргариты психолог затронула уже на первой встрече, мягко ведя беседу и задавая вопросы. Удалось проговорить многие обиды и чувства, стало понятно, что впереди ждет большая работа. Маргарита призналась, что хоть и чувствует себя, как бабочка в коконе, но видит, что вдалеке есть какой-то свет. С первой встречи у Марго появилась надежда, что все можно изменить.

Как объяснила психолог, надежда — это тоже ресурс и смысл, благодаря которому появилось желание дальше бороться. Забегая вперед, скажем, что Маргарита снова вышла замуж и уехала жить к морю, и все это благодаря ответственности девушки и ее большому желанию все изменить. Но до этого были 4 месяца ответственного труда психолога и клиента.

Психолог помогла 29-летней Марго безопасно съехать от авторитарной матери
Фото: Лидия Аникина © ИА «Уральский меридиан»

На чем строилась работа с психологом?

Часть консультаций проводилась с применением метафорических карт. Методика позволяет отключить рациональность, вывести, бессознательно рассказать о сути проблемы. Карты помогают выразить, конкретизировать и сформулировать мысли человека. Также психолог использовала гештальт-терапию. Она направлена на налаживание взаимоотношений с собственным «Я».

Примечание. Что это такое простыми словами? Это работа с колодой — с карточками, по которым психолог может диагностировать ваше состояние и вместе найти выход из трудной ситуации. Специалист задает при помощи определенного набора изображений — карт — вопросы, а человек с помощью образов или самих карт находит ответы. Это очень кратко, на самом деле, это сложная и выстроенная методика.

Работая с ролью мамы в жизни, Маргарита выбрала карту, на которой было изображено существо, действительно похожее на насекомое. Нет, Марго не хотелось от него избавиться в буквальном смысле, но она говорила, что насекомое очень мешает.

«Если транслировать этот выбор на маму, то получалось, что Маргарите очень сильно мешали нотации родителя, постоянные указы, что ей делать. МАК — это такой инструмент, когда психолог лишь направляет человека, помогает ему со стороны взглянуть на происходящее. Но при этом умозаключения о происходящем клиент сделает сам. Дело в том, что, отвечая на вопросы, на бессознательном уровне он выбирает нужную карту, чем и дает правильный ответ. Приведу такой пример: по методике в первой колоде человеку нужно определить себя, этот ряд карт называется — персона. На них изображены люди, нарисованные в различных техниках, с применением разной цветовой гаммы, форм и так далее», — объясняет Анна.

Эти карты могут вызывать агрессию, страх. Они рассчитаны на эмоциональный отклик. Маргарита для себя выбрала нечеткую, размазанную картинку, человек на карте выглядел потерянным. Когда выбор персоны был для матери, то на карте был изображен человек с резкими и мужеподобными чертами, который действительно напоминал насекомое. Далее психолог попросила клиента описать выбранные карты, что она на них видит, что при этом чувствует, как думает, почему все это произошло с ней.

Весь этот процесс происходит бессознательно, так что человек не может контролировать его, и далее мы получаем истинные желания, а за ними приходят решения.

Работа с картами позволяет говорить не задумываясь, в таких делах рациональная часть не нужна. Чтобы проработать травму и добиться реальных чувств, проще начать говорить о себе как бы в третьем лице.

«Для работы с чувствами мы применяли еще и гештальт-терапию. Например, когда Маргарита на некоторые вопросы или в процессе собственного рассказа сжимала руки, то я останавливала ее и просила рассказать, что она почувствовала в данный момент. С некоторыми клиентами мы только на консультации вспоминаем, что это такое и какие в принципе бывают чувства. Взрослые иногда только в разговоре вспоминают, что есть: злость, обида, тоска, шок, изумление, эйфория. Потому что обычно свое состояние описывают двумя словами: “Нормально и ненормально” — это не чувства. Но именно они, как маячки, помогают определить истинное отношение человека или ситуацию. Повторюсь, правильно взглянуть со стороны», — рассказывает Анна Шерстобитова.

Проходя терапию с психологом, человек все равно говорит про себя и подсознательно это понимает, со временем он принимает и сам находит выход из ситуации. В обычной жизни мы взвешиваем свои проблемы, слова, действия, поэтому по большей части принимаем решения исходя из общепринятого мнения, установок, которые и мешают реализовать свои желания.

На консультациях Маргарита нашла в первую очередь ресурсы, которые помогли начать сепарироваться от матери. Девушка смогла увидеть, что она очень коммуникабельный человек, это помогло ей завести новые знакомства.

Марго терпеливый и гибкий человек. Первое качество помогло довести терапию до «выздоровления», а второе привело к тому, что она без сопротивления выполняла рекомендации и домашние задания психолога.

На консультациях с Анной Марго долгое время работала с установками мамы: «Ты еще не готова. Ты не сможешь, ты еще ребенок». В беседах выяснилось, что одна из установок в принципе предназначалась не ей. Как бы это ни было странно, но сама мама Маргариты была бунтарем по отношению к своей родной матери. Дело в том, что бабушка Марго говорила ее матери, что она неправильно себя ведет и неправильно живет. При этих разговорах присутствовала тогда еще маленькая Марго, которая потом, будучи взрослой, сохранила эти установки, и когда описывала свои чувства, что она, например, сейчас счастлива, всегда с опаской смотрела на психолога, ведь в голове у нее были сомнения и мысли, что так жить нельзя. Она призналась: ей всерьез казалось, что ее будут осуждать за то, что она испытывает радость слишком ярко.

Психолог помогла 29-летней Марго безопасно съехать от авторитарной матери
Предоставлено психологом

«При помощи методик гештальт-терапии мы смогли вернуть эту историю, вернуть слова тем, кому они были сказаны. У Марго пришло осознание, что она вообще ни при чем в этих установках. Это не ей была сказана фраза: “Так жить нельзя”. Вербализировав эту историю, Марго сама для себя поняла, что она имеет право жить так, как хочет. Это не ее убеждения — они чужие. Когда тебе на протяжении долгого времени, например, будут говорить: “Ты зачем идешь по улице и улыбаешься, так нельзя, все подумают, что ты ненормальный”, то потом, естественно, появляется какое-то чувство опасения и даже стыда и кажется, что так действительно делать нельзя. Но это только на словах выглядит простым и быстрым, ведь человек до этого должен сам дойти, самостоятельно это проговорить и осознать. Только одна консультация занимала у нас с Маргаритой до 2-х часов».

Встречи с Анной помогли девушке найти очень важный ресурс для нее лично — это было море. Именно оно помогало ей переключаться, а значит отдыхать и набираться сил. Поэтому не было совпадением то, что Маргарита выбрала себе в партнеры мужчину, который предложил ей переехать на юг. Все в жизни начало складываться совсем из других желаний — собственных установок. Отношения с мамой удалось сохранить, в конце концов взрослой женщине пришлось принять позицию Марго. Девушка смогла раскрыться и отпустить все материнские установки, за несколько месяцев она сменила работу и уехала.

Мама не сразу отпустила ее и какое-то время боролась, но Марго решила, что если сейчас не отделится от матери, то уже никогда не сможет уйти из-под контроля. Девушка противостояла маме тем же авторитарным методом. Хочется обратить внимание, что вся работа с психологом была на поле клиента, все решения девушка принимала сама, основной вклад, который внесла психолог, — это стабилизация эмоций, определение себя и всех вокруг, а также умение взглянуть на происходящее со стороны. Все это помогло найти ресурсы для последующей жизни, не идеальной, конечно, но самостоятельной — своей.

«Это ваша жизнь и ваша ответственность. Я постараюсь вам помочь увидеть ее с разных сторон. У вас достаточно ресурсов, своих сил, потенциала, чтобы самостоятельно справиться. Но иногда вы можете запутаться в своих мыслях и установках. Размотать этот клубок и помогает психолог», — заключает Анна Шерстобитова.

Следите за новостями ИА «Уральский меридиан» на нашем ТГ-канале.

Фото превью: Лидия Аникина © ИА «Уральский меридиан»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Прокрутить наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: