Начало рабочего дня жительницы Екатеринбурга Юлии Асташкиной отличается от начала любой привычной «женской» профессии. Вместо платья и туфель — роба и резиновые сапоги. Вместо шляпки и сумочки — каска с фонарём и тяжёлый самоспасатель. А добирается она до работы не на трамвае или маршрутке, а на огромном лифте, который опускает её под землю. На глубину 512 метров. Там, внизу, среди гула воды и лязга вагонеток, она управляет мощной подъёмной машиной — главным механизмом, который доставляет шахтёров и поднимает наверх добытую руду. Корреспондент ИА «Уральский меридиан» спустился в шахту Берёзовского рудника, чтобы узнать, как женщина работает там, где обычно трудятся мужчины.
Первый спуск
В детстве на вопрос: «Кем ты хочешь стать?» Юлия точно не отвечала «шахтёром». Она вообще почти ничего не знала об этой профессии. Будущую работу выбрала по чистой случайности: тётя предложила пойти учиться вместе на машинистку шахтной подъёмной машины.
«Это была такая авантюра для меня. Тётя в итоге не пошла, а я здесь осталась. Уже восемь лет посвятила этой профессии, и мне очень нравится», — вспоминает Юлия.
Обучение длилось меньше полугода: теория, зубрёжка инструкций, сдача экзаменов, а затем — первый ознакомительный спуск. Этот день она запомнила навсегда.
«Нам выдают каски, робы, резиновые сапоги, фонари и самоспасатели. Мы с коллегой переглядываемся: «Нам что всё это нужно надеть?». Вот тогда был первый шок. А когда спускались под землю, были только вопросы: «Куда мы попали? Что делать?». А назад дороги уже не было. Понимаешь, что до конца рабочей смены на поверхность не поднимешься».
До этого в послужном списке Юлии была работа продавцом-консультантом в магазине спортивных товаров, потом менеджером на заводе и даже курьером в службе доставки. Но именно здесь, под землёй, она задержалась дольше всего.
Рабочее место свердловчанки — за пультом управления самой современной подъёмной машины в руднике. С сенсорным экраном, понятным интерфейсом и почти полностью автоматическим управлением. Девушка признаётся: «Управлять ей легко. Это не машина старого образца, где ручное управление». Однако за кажущейся простотой скрывается колоссальная ответственность. В обязанности машинистки входит проверка всех датчиков, контроль за исправностью оборудования, безопасный спуск и подъём людей, выдача груза на 712 горизонт («слой» под землёй, на котором ведётся добыча) и даже ремонт мелких поломок. Допуск у неё — до тысячи вольт, поэтому электрическое оборудование Юлия тоже проверяет сама.
Работают машинистки в утренние, дневные или ночные смены. Устройством всегда должен кто-то управлять, ведь иначе вся работа в шахте остановится. Без подъёмной машины не спустятся слесари, которые включают насосы и выкачивают воду, не поднимут руду, не вывезут породу. Шахта работает круглосуточно. Единственное, с чем Юлия не может смириться до сих пор — утренние смены.
«Терпеть не могу просыпаться по утрам. Мне легче отработать днём или ночью. Утром, конечно, работать не сложно, ведь выдачи груза почти нет, в основном спуск людей, но этот ранний подъём — настоящее испытание», — отмечает она.
Принцесса в каске и сапогах
Юлия ведёт свой блог в социальных сетях. И там, в интернете, её работе часто не верят. Однако в реальной жизни реакция совсем иная. За пределами экрана люди смотрят на неё с неподдельным интересом и уважением.
«Когда я вживую показываю видео или фотографии, где я в робе, с каской и фонарём, — все удивляются. Сразу появляется уважение, начинают задавать вопросы, интересуются, как я там оказалась. А вот в интернете — совсем другая история. Там часто начинают спорить, писать, что я обманываю, что такого просто не может быть, что женщины в шахте не работают. Люди путают: на угольных шахтах женщинам действительно запрещено работать, они опасны по газу и пыли, это правда. Но на золотодобывающих шахтах, по добыче других металлов — пожалуйста, нам разрешено», — поясняет Юлия.
Отношения в коллективе Берёзовского рудника у свердловчанки складываются по-разному. Как и в любом мужском деле, бывает и грубость, и поддержка, и искренняя забота. Здесь всё зависит от человека.
«Самые обидные слова, которые мне доводилось слышать от коллег: «Вы работаете в шахте, мы здесь все бесполые. Такое говорили, и это задевало. Но, к счастью, это не про большинство. Многие мужчины относятся ко мне совсем иначе — по-человечески, с теплотой. Могут и воду донести, и рюкзак. Вперёд пропустят, дверь придержат. В такие моменты, даже если ты в резиновых сапогах и робе, чувствуешь себя самой настоящей принцессой», — улыбается Юлия.
Но характер у женщин, которые работают под землёй, действительно стальной. Без этого там просто не выжить.
«Все девочки, которые здесь трудятся, с характером, все бойкие. Никто из нас не промолчит, если что-то не так. Твёрдость помогает — иногда даже грубое слово приходится использовать, чтобы поставить на место. За годы работы в шахте я многому научилась, многое переняла. Например, местный сленг, который тут в ходу. Сама не заметила, как начала им пользоваться. Смешно, но это уже часть меня», — рассказывает она.
И всё же, несмотря на сильный характер, Юлия остаётся женщиной. Несмотря на пыль, грязь и тяжёлый воздух, она не перестаёт следить за собой. Каждое утро перед сменой — тщательный макияж, уложенные волосы, аккуратный внешний вид.
«Моя жизнь на шахте не заканчивается. Несмотря на то, что провожу здесь очень много времени, я хочу выглядеть красиво, женственно. Выхожу — переодеваюсь — и снова принцесса, красивая девочка».
Комплименты на работе — не редкость, были даже записки и шоколадки. Но к служебным романам Юлия относится категорично.
«Пришла, отработала, ушла. Здесь я не ищу ни подруг, ни отношений. Работа — только работа. Я чётко разделяю: личное и профессиональное», — твёрдо заявляет она.
Смех в штреке
Первые полтора года под землёй были для Юлии настоящим испытанием на прочность. И дело не только в тяжести работы или ответственности. Дело в страхе, который порой подкрадывался неожиданно.
«Самое жуткое было в самом начале, — вспоминает она. — Когда смотришь из машинного отделения на пустой квершлаг – кругом шум воды и полумрак. И вдруг слышишь, что кто-то смеётся. Оборачиваешься — никого нет. А потом снова смех. Это было очень страшно. Полтора года я боялась. Постоянно казалось, что за спиной кто-то есть. Но потом привыкла. Освоилась. Теперь это просто часть работы».
Серьёзное влияние профессия оказывает и на здоровье. Большие перепады давления — то вниз, то наверх, вечная сырость, каменная пыль, тяжёлый воздух.
«Но нам выдают средства индивидуальной защиты. Да и ежегодные медосмотры здесь проходят максимально строго. Это шахта, а не салон красоты. Я ни о чём не жалею. Понимала, на что шла, и принимала это», — говорит она.
Однако есть и приятный бонус: горячий стаж позволяет выйти на пенсию рано. Для женщин — в 45. Для этого в шахте нужно проработать семь с половиной лет.
«Я уже выработала свой стаж. Конечно, осталась бы, если честно, и на подольше. Мне нравится эта работа, я привыкла, прикипела к ней. Но понимаю, что и себя нужно беречь. Здоровье дороже. Проработаю ещё, может быть, пару лет, но в будущем придётся уйти. Это неизбежно», — с лёгкой грустью признаётся она.
На рабочем столе у машинисток стоит ангелочек, подаренный начальником-механиком. Маленький, игрушечный, но женщины верят, что он оберегает их. Удивительно, но в кабине под землёй, где нет ни связи, ни интернета, Юлия находит свой дзен. Ту самую тишину, которой так не хватает на поверхности.
«Я наслаждаюсь тем, что могу побыть одна, подумать. Многие боятся одиночества, а я его ценю. Это один из плюсов моей работы. Я люблю её за возможность побыть наедине с собой и многое переосмыслить», — признаётся она.
Свободное время Юлия посвящает множеству увлечений. Ведёт социальные сети двух организаций, собирает украшения из натуральных камней: браслеты, чокеры, кулоны. Учится нейрографике, пишет стихи и песни. Любит автомобили, в планах — получить права на мотоцикл. А когда выпадает возможность — путешествует. Глядя на Юлию, трудно поверить, что эта хрупкая свердловчанка каждый день спускается под землю, дышит пылью, терпит шум и сырость, работает в мире мужчин. Но при этом не теряет себя. Смотрит своим страхам в лицо, продолжает верить в чудеса и носить с собой кусочек красоты. Даже на глубине 512 метров.
О проекте
«А чьё это дело: профессии без стереотипов» — проект ИА «Уральский меридиан», который посвящён жителям Свердловской области, выбравшим необычные для своего гендера профессии. На примерах реальных людей издание показывает, что в XXI веке в России стираются границы между мужскими и женскими специальностями.