Фельдшер из Екатеринбурга, у которой врачи не увидели рак, скончалась

Полина в 40 больнице

32-летняя Полина Шархунова, которая работала фельдшером скорой помощи в Екатеринбурге, скончалась в московской больнице от рака шейки матки, начавшегося во время второй беременности. Так случилось, что врачи одного из лучших медицинских центров Екатеринбурга не обнаружили у женщины страшное заболевание. Неоперабельный рак ей поставили уже после родов. Семья Полины до последнего боролась за ее жизнь.

У Полины остались двое детей. Женщина работала фельдшером екатеринбургской скорой помощи, но ни она сама, ни ее коллеги-врачи не заподозрили у нее рак, который стремительно развивался.

Полина до рака
Фото: Е1

Как писало ИА «Уральский меридиан» ранее, риск развития рака у Полины обнаружили в Сагре. Там, в деревянной избе фельдшерского пункта, во время плановой диспансеризации, которую проводила Татьяна Ивановна, на гинекологическом осмотре у ее дочери нашли дисплазию шейки матки. Это предраковое состояние, когда нормальные клетки эпителия шейки матки перерождаются в атипические. Если это не лечить, может развиться рак. В тот раз Полине повезло.

Она прошла успешное лечение в одном из крупных коммерческих центров Екатеринбурга, после чего врачи посоветовали ей не затягивать со второй беременностью — с возрастом может случиться рецидив, а это снова лечение. Полина очень хотела второго малыша и забеременела.

Полина работала фельдшером
До декрета Полина работала фельдшером в скорой Екатеринбурга. Фото: Е1

Первые недели беременности Полина наблюдалась в одной из районных консультаций Екатеринбурга. Она регулярно сдавала анализы и проходила осмотры — все было в норме. Потом скрининг показал большой риск одной из хромосомных аномалий плода, в связи с чем Полину отправили в Екатеринбургский клинический перинатальный центр на Антона Валека. Там ей сделали сложный анализ. В итоге, патология не подтвердилась. Попав в этот центр, Полина попросила заведующую наблюдаться тут же — решила, что так надежнее, ведь в центре работают лучшие специалисты. Тем не менее, всю беременность Полина чувствовала себя плохо.

С середины срока она начала жаловаться на выделения. Врач предположила, что это околоплодные воды подтекают. Сделали тест, оказалось, что нет. Тогда решили проверить на наличие инфекций — Полина за свои деньги сдала все необходимые анализы. Но и в этот раз предположения врачей не подтвердились. Тогда Полине сказали, что это просто особенности беременности, и назначили препараты. Полине сделали кесарево, как и при первых родах. Она рожала в 40 больнице. В приемном покое акушерка, осматривая Полину, изменилась в лице. Она увидела, что стенки ее матки были повреждены опухолью — шло разложение органа.

Из роддома врачи позвонили в онкодиспансер. Во время родов сделали биопсию — взяли кусочек ткани на анализ. Сами роды прошли хорошо, у Полины родился здоровый малыш, через три дня их выписали домой. А потом пришли результаты биопсии — у Полины обнаружили рак, к тому же – неоперабельный.

Через два месяца после того, как у женщины выявили болезнь, от нее ушел муж. Они прожили вместе 7 лет.
Полина прошла три курса химиотерапии – не помогли. Лучевая терапия тоже. Опухоль стала разрастаться метастазами. На очередном консилиуме в онкоцентре врачи сказали, что ничего сделать не могут. Полина заплакала. После первой химии медсестра кинула на кровать бумажку с назначением, а там рекомендации: наблюдаться по месту жительства, следить за показателями крови.

В декабре семья Полины узнала про платный медицинский центр в Москве — отзывы о нем были хорошие, говорили, что с болезнью борются до последнего. Первый счет Полине выставили на 500 тыс рублей. Татьяна Ивановна заехала в банк и сняла деньги, отложенные на дом. У Полины было 200 тыс декретных. Младшего сына на время отдали родителям мужа. Полину в больницу везли на носилках. Целыми днями ей ставили капельницы, провели два курса химиотерапии. Когда у семьи накопилось 800 тысяч рублей долга, друзья Полины начали собирать деньги.

Благодаря огласке, долг удалось закрыть, но на 3-ю химиотерапию денег уже не хватило. Из клиники Полина уходила сама, стоя на своих ногах.

После женщине дали направление в московский государственный научный центр имени Бурназяна — там экспериментируют, пробуют современные методы и биомедицинские технологии. У семьи появилась надежда на новый метод иммунотерапии. При нем используют иммунную систему больного — меняют ее, модифицируют. Препараты этого метода подавляют и останавливают рост раковых клеток.

Полина с мамой улетели в Москву. Но начать лечение не получилось: состояние женщины было тяжелым. Для того, чтобы начать манипуляции, нужны были определенные показатели крови.

Татьяна Ивановна устроила Полину в один из коммерческих центров. Никаких чудесных выздоровлений там не обещали — оказывали паллиативную помощь, боролись за жизнь до последнего, при этом выставляя огромные счета. Мама, борясь за жизнь дочери, была готова на все.

Ночью, 25 марта, Полина скончалась в реанимации. 7-летний Рома и 9-месячный Артем остались без мамы. У Татьяны Ивановны – куча долгов перед клиникой. Друзья, коллеги, знакомые снова собирают деньги, чтобы поддержать бабушку и внуков.

Татьяна Ивановна с внуком
Татьяна Ивановна с внуком. Фото: Е1

Семья Полины будет подавать иск к Перинатальному центру за пропущенный смертельный диагноз в Кировский районный суд. Теперь истцом будет мама Полины Татьяна Ивановна.

Стоит отметить, что проверка горздрава Екатеринбурга не выявила нарушений в работе врачей, которые вели беременность Полины. В заключении говорится, что опухоль развивалась так, что выявить ее было сложно. Страховая компания в своей экспертизе отметила, что «отсутствие диагностики онкологического заболевания шейки матки при беременности при запущенной (третьей) стадии является серьезным дефектом оказания качественной медицинской помощи».

Фото превью — Е1

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Загрузка ...
Уральский меридиан

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: